Домой RSS лента сайта


Памятник истории и революции – часть 21

Категория: Достопримечательности, Россия | автор: mogadisho | 14-02-2014, 21:15


ПЕТРОПАВЛОВСКАЯ КРЕПОСТЬ

(продолжение, ч.21)

Вопрос о постройке каменного дома для коменданта еще в 1733 году поднял Доменико Трезини. Он составил тогда проект и выбрал для дома место. Это была, вероятно, одна из последних его работ. После смерти Трезини главным строителем в крепости короткое время был инженер-полковник де Марина. В 1736 году он представил в фортификационную контору, ведавшую крепостным строительством, проект и указал, что «обер-комендантскому дому чертеж сочинен после бывшего полковника Трезини при бытность моей в Санктпетербургской крепости». Чертежей ни Трезини, ни де Марина пока обнаружить не удалось. Но, видимо, де Марина, инженер-фортификатор, выполняя проект Комендантского дома в должностном порядке, не мог не использовать проект своего знаменитого предшественника – архитектора. Де Марина мог внести какие-либо изменения в планировку, не меняя архитектурного облика здания. Архитектура здания, его восточный фасад близок почерку Трезини. Стиль его характерен для петербургских построек конца 1730-х годов, когда сильнее стала проявляться тенденция к декоративности. Окна верхнего, второго, этажа украшают довольно сложные по рисунку наличники. Углы дома обработаны рустами. Первый этаж с почти квадратными окнами трактован как цокольный и расчленен горизонтальными швами. За годы существования дома культурный слой земли вокруг поднялся, и дом как бы врос в землю, отчего первый этаж кажется низким.

Основной корпус Обер-комендантского дома был в плане прямоугольным, западный фасад его обращен к большому внутреннему двору, образованному одноэтажными службами, с трех сторон охватывающими его. От главного корпуса служебные флигеля, где находились кухня, ледник, конюшня, каретник и т. д., отделялись воротами. Через эти ворота подъезжали к парадной лестнице, два наружных марша которой с разных сторон вели прямо в вестибюль второго этажа. Рядом с вестибюлем находился приемный зал. Ему соответствует чуть заметно выступающая средняя часть главного фасада с тремя окнами.

Напротив парадной лестницы, в западном служебном флигеле находились третьи ворота.

Почти сразу после окончания постройки здание стали расширять. Сначала появились пристройки со стороны дворового фасада. В 1750 году расширили весь главный корпус, и наружная фигурная лестница оказалась теперь внутри здания. В 1837 году выстроили помещения над воротами. Коренные изменения были внесены в 1892 году: одноэтажные служебные корпуса надстроили до уровня главного. Причем оформили их, придерживаясь архитектурных форм главного корпуса. Также рустами были отделаны углы, фигурные наличники украсили окна второго этажа. В итоге перед нами здание, выдержанное в стиле барокко. Вот почему Обер-комендантский дом родствен по архитектуре Петропавловскому собору, с южным фасадом которого он образовал как бы кулисы дороги, идущей от Петровских ворот к площади, раскинувшейся перед главным фасадом Монетного двора.

В Комендантском доме неоднократно менялась планировка: каждый вновь назначаемый комендант предъявлял свои требования, согласно которым и велись те или иные переделки.

Памятник истории и революции – часть 21
Подпружные арки свода усыпальницы.

Стены этого дома немало повидали на своем веку. Они являются безмолвными свидетелями беспримерной стойкости многих революционеров.

В 1794 году в Комендантском доме находился под арестом тяжело раненный в битве под Мацеёвицами непоколебимый борец за независимость Польши Тадеуш Костюшко, с именем которого связано польское национально-освободительное движение. Известно, что восстание, начавшееся 24 марта 1794 года в Кракове, в результате измены крупной шляхты и превосходства объединенных сил царской России, Пруссии и Австрии кончилось поражением, а его идейный вдохновитель Костюшко был пленен и препровожден в Петропавловскую крепость, где пребыл около двух лет.

Позднее здесь же, в Обер-комендантском доме, велось следствие по делу декабристов.

Об этом мы находим интересные сведения в записках декабристов, в частности И. Д. Якушкина. Он писал, как однажды плац-адъютант Трусов вошел к нему в камеру и, накинув на его голову платок, повез в дом к коменданту. «Тут, – вспоминал Якушкин, – из рук его кто-то принял меня и посадил за ширмы, несмотря на которые и на платок, я мог видеть прислугу, носившую блюда в соседнюю комнату.

Около полуночи меня взяли за руки и повели в те комнаты, в которых перед этим ужинали. В первой из этих комнат я ничего не мог видеть сквозь платок, кроме множества свечей и столов, за которыми сидели люди и писали. Из этой комнаты меня привели в довольно большую залу, также очень ярко освещенную. Руку мою опустили, я остановился, и с меня сняли платок.

Я стоял посреди комнаты, в шагах 10 от меня стоял стол, покрытый красный сукном. На крайнем конце его сидел председатель следственной комиссии Татищев, рядом с ним великий князь Михаил Павлович; сбоку от Татищева сидел князь Голицын (Александр Николаевич) и Дибич; третий стул был порожний (Левашева), четвертое место занимал Чернышев... Когда сняли с меня платок, с минуту во всей комнате продолжалось молчание. Наконец, Чернышев махнул мне пальцем и весьма торжественным голосом сказал: «Приближьтесь». Подходя к столу, я нарушил моими цепями тишину в комнате. Начался опять формальный допрос».

Якушкин описывал и момент оглашения приговора группе декабристов в Обер-комендантском доме: «Трусов провел нас через ряд пустых комнат, и мы прошли в верховный уголовный суд.

Митрополиты, архиереи, члены Государственного совета и генералы сидели за красным столом, за ними стоял Сенат. Все были обращены лицом к подсудимым. Нас шестерых выстроили гуськом. Министр юстиции князь Лобанов очень хлопотал, чтобы все происходило надлежащим образом...

Обер-секретарь, пресмешной наружности, первоначально сделал нам перекличку, и когда Кюхельбекер нескоро откликнулся на свое имя, то Лобанов закричал повелительным голосом: «Да отвечайте же, да отвечайте же!» Потом началось чтение приговора».

Вероятно, в такой же обстановке, в том же зале, рисунок которого оставил декабрист В. П. Зубков, был оглашен смертный приговор пяти дворянским революционерам декабристам П. И. Пестелю, С. И. Муравьеву-Апостолу, М. П. Бестужеву-Рюмину, К. Ф. Рылееву и П. Г. Каховскому.

В помещениях этого дома проходили судилища по делам петрашевцев, Н. Г. Чернышевского, Д. И. Писарева.



Начало материала:


Продолжение материала:





См. также другие
материалы о туризме
во времена СССР:

Добро пожаловать на воды… в Украину
Жемчужина туристической карты Туркмении
История, горы и природа в неразрывном единении
Лучший бальнеологический курорт времен СССР
Бывшие советские края
Здравствуйте сябры!
И Нарва, и Тарту, и Пярну, и Таллинн
Летняя мечта советского человека
Страна души по имени Апсны
Жемчужная легенда Кавказа
Гагра – самый советский курорт
Самарканд – цветущий сад души
Благодатное побережье Кавказа
Демократическая Германия глазами советских людей
Что ни на есть дворянское гнездо
Запорожье
Ленинград
Шлиссельбургская крепость
Российская земля с украинским оттенком
Духовное сердце Украины
Пограничная река
Одна из первых каменных построек Пскова


Недавно опубликованные статьи



___________________________________________
Подготовил к публикации       В. Алексеенко

© Копировать материалы с сайта строго ЗАПРЕЩЕНО!






Ключевые теги:

постройки, история


Похожие материалы:

  • Памятник истории и революции – часть 22
  • Памятник истории и революции – часть 20
  • Памятник истории и революции – часть 25


  • Информация

    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.




    Веб-студия «РА-СОЛО»: разработка сайтов любой сложности
    Пляжи Морские путешествия Древности и экзотика Дайвинг Перелеты Водные аттракционы Походы Экстремальные развлечения И многое другое...