Домой RSS лента сайта


Воскресенье — не самый лучший день для дайвинга

Категория: Дайвинг, США | автор: litterec | 7-10-2009, 22:33


НЕУДАЧНЫЙ ВОСКРЕСНЫЙ ДАЙВИНГ

Воскресный день 24 сентября 2000 года начался как обычный день погружений. С утра наша компания как всегда собралась позавтракать в небольшой блинной кафешке. Народу было больше, чем всегда – Дейв, Вернер, Лики, Билл, Норрис, Майя, Бергитта, Николас и я. Каждый заказал себе свой любимый завтрак, я взял яблоко и блинчик с корицей. За столом шли обычные разговоры, официантка получила свои обычные еженедельные чаевые, все было как всегда.

После завтрака мы занялись подготовкой к экспедиции – перебрали наше снаряжение и разместили его в наших автомобилях. Был ясный погожий день, мы держали путь к заповеднику «Уайтклифф Парк», популярному месту погружений для многих местных дайверов. Когда мы прибыли на место, я заметил, что листья на деревьях чуть-чуть поменяли цвет. Дул слабый бриз, на океане был момент отлива, и вода стояла очень низко. Это означало, что наша подводная цель – стена, где можно увидеть множество морских губок, будет для нас более доступна. Автостоянка возле входа в заповедник была забита машинами, потому что как раз в это время проходили занятия по обучению начинающих дайверов. Судя по всему, занятия были сразу в трех группах одновременно. Занимались все группы «чайников» в небольшой бухте, совсем недалеко от автостоянки. Они нам не мешали, поскольку нашим местом погружений было пространство за буйками, на значительном отдалении от бухты и учащихся. Вода была не очень мутная, поэтому мы надеялись, что нам хватит света для фотографирования. Дэйв начал настраивать свою новую фотокамеру со вспышкой. Остальные участники мероприятия возились со снаряжением на стоянке. В итоге мы образовали следующие команды:

Дейв и Вернер

Норрис и Майя

Лики, Билл и Бергитта

Чики (это я) и Николас

Бергитта и Николас были новичками в нашем клубе, так что мы разделили их, поскольку они, в отличие от нас, пока не очень хорошо ориентировались в подводном ландшафте в месте нашего погружения. Я сказал Николасу, что если он будет иногда сталкиваться со мной под водой, я буду только рад этому, так как буду знать, что он рядом. Я также сказал ему, что, если у него не получиться всегда быть рядом, то по крайней мере он должен периодически подавать мне сигналы фонариком, чтобы я не беспокоился насчет его безопасности.

Дейв, Вернер, Николас и я должны были погружаться первыми, и мы начали надевать маски и ласты. Я посмотрел на поверхность моря, были видны буйки и группы учеников на их обычном удалении от берега. Но я заметил, что буйки сегодня чуть дальше, чем обычно. Мы обсудили этот факт, и кто-то предположил, что сегодня, видимо, занимаются продвинутые учащиеся. Затем мы поплыли по поверхности вдоль почти отвесной стены берега, приближаясь к буйкам, за которыми как раз и шли занятия по дайвингу.

Воскресенье — не самый лучший день для дайвинга

Мы были на расстоянии 30 метров от берега, когда я услышал пронзительный женский крик: «Звоните 9-11, Звоните 9-11!!! Эй ты, на берегу, в белой рубашке! Звони 9-11! Дайверу плохо! У кого-нибудь есть кислород?» Когда я все это услышал, первая мысль, которая пришла мне в голову, была о том, что это было не просто обучение продвинутых учеников, а обучали здесь спасателей на водах. Когда я посмотрел на берег, я увидел, как мужчина в белой рубашке карабкается вверх по склону. Выбравшись на вершину обрыва, он быстро побежал к автопарковке. Также я увидел, как какая-то женщина бежала к воде, потом споткнулась, упала на колени, вскочила и быстро побежала к месту парковки автомобилей. Мне подумалось, что все это не очень похоже на тренировочные упражнения. Я услышал, как Дэйв и Вернер высказали агналогичные мысли о том, что все это смотрится действительно как экстренная ситуация.

У меня внутри что-то перевернулось, и я стал думать, можем ли мы чем-нибудь помочь в этой ситуации. Кто-то из нас вслух произнес аналогичную мысль. Но общее заключение было отрицательным – нет, не можем мы здесь никак оказать людям помощь. Люди, которые были на берегу, уже позвонили 9-11, другие свидетели происходящего были готовы принять пострадавшего дайвера. Таким образом, мы могли продолжать наш заплыв.

Воскресенье — не самый лучший день для дайвинга

Со временем мы достигли намеченную заранее точку старта подводной части маршрута, около 100 метров от берега. Пострадавший дайвер был уже на берегу, или недалеко от него, из прилегающего к воде парка были слышны сирены автомобилей службы спасения. Я подумал, что все вроде как должно быть под контролем и есть надежда, что ничего серьезного не произошло. Последний раз, когда здесь были проблемы с дайвером, все обошлось, он только немного переохладился и «поймал» судорогу в икроножной мышце. Я посмотрел в сторону берега. Оставшиеся члены нашей команды плыли по поверхности, так что скоро мы должны были начать нырять.

Воскресенье — не самый лучший день для дайвинга

Дэйв и Вернер нырнули первыми, за ними была наша очередь с Николасом. Прозрачность воды была хуже, чем я ожидал. Мы донырнули до песчаного дна, всего-навсего на глубине 10 футов. Была надежды, что на большей глубине вода будет чище. Чем дальше мы плыли на большую глубину в сторону подводной каменной стены, тем хуже становилась видимость. Дно под нами по-прежнему было песчаное. Судя по всему, занятия для спасателей на водах проводились именно здесь как раз из-за того, что здесь в воде плохая видимость. Нам оставалось только надеяться, что прозрачность воды улучшится.

Воскресенье — не самый лучший день для дайвинга

Возле подводной стены, на глубине 60 футов я и Николас встретили Дэйва и Вернера. Прозрачность на этой глубине была по-прежнему плохой. Первоначально я планировал остаться здесь, но поменял решение и мы поплыли за Дэйвом и Вернером вниз вдоль углубляющегося скалистого плато, чтобы посмотреть, будет ли на глубине вода почище. В этой части моря дно представляет собой множество круто опускающихся террас, которые уходят глубоко вниз на дно пролива Хоу. Если видимость не поднимется, нам придется вернуться на глубину 60 футов и закончить наш заплыв. Когда же мы углубились на отметку 80 футов, видимость поднялась до 20-25 футов. Я подумал, что это хорошо, так как я смогу видеть Николаса, а он сможет видеть меня. Мы были не так глубоко, обычно я погружаюсь до самого дна, но мы надеялись, что в случае, если Дейв и Вернер найдут что-то интересное, они нам посигналят светом. Рядом со мной была стена и я стал заострять внимание Николаса на ее интересных фрагментах. Тот обозначал свое присутствие, прикасаясь ко мне и сигналя мне фонариком даже чаще, чем это было нужно. Я подумал, что хорошо было бы, чтобы он не попал мне своим фонариком по голове.

Воскресенье — не самый лучший день для дайвинга

Я посматривал вниз, оттуда пробивался свет фонарей. Дэйв и Вернер, в компании еще с кем-то третьим, были на глубине 100 футов. Поскольку кроме света фонарей я ничего не видел, то я не мог догадаться, кто именно был с ними. Я перебирал в голове варианты, кто бы это мог быть. Не имело большого значения, был ли это человек из нашей команды или нет, но было любопытно, не нашли ли они там что-нибудь интересное, поскольку это место мы никогда не использовали для остановок.

Я почувствовал легкий толчок Николаса и обернулся, чтобы посмотреть, где он. Он был слева от меня и я понял, что у него какие-то проблемы с плавучестью. Он был в вертикальном положении, уплывая вверх, предпринимая при этом попытки то запустить воздух в его компенсатор плавучести, то стравить его. Он показал мне знак «О кей», но я решил, что должен вернуть его назад на отметку 60 футов, чтобы у него под ногами была твердая почва. Кончено, мы могли бы и прервать заплыв. Но Николас, судя по всему, не выглядел новичком, не смотря на свой шестнадцатилетний возраст.

Я дал сигнал Николасу о том, что нам пора уходить на меньшую глубину. Yt успел я начать всплывать, как почувствовал, что кто-то меня тянет за правую ногу. Я посмотрел вниз и увидел Дэйва с фотокамерой в одной руке. Другой рукой он дергал меня за ласту. Как только он понял, что привлек мое внимание, он указал светом фонаря на тот самый третий свет, который я и видел внизу чуть раньше. Я подумал про себя – «Ух ты, это ж, наверное, там какая-то интересная вещь, а что если это, например, большой осьминог? Или, что похлеще, мурена?»

Я посмотрел на Николаса и жестом показал ему, что мы опускаемся, чтобы посмотреть, что же там внизу такое интересное. Как только мы приблизились ко дну, я увидел, что луч света идет прямо вверх и не двигается. «Тут что-то не так», – подумал я и только потом заметил, что из того места, где был источник света, не идут пузыри воздуха. Была только одна мысль: «О, нет, пожалуйста, пусть это не будет то, о чем я подумал!» С этой единственной мыслью, которая пульсировала у меня в голове, я достиг дна и мне стало совсем ясно, что передо мной дайвер, который попал в трагическое стечение обстоятельств. Как только я это понял, мое сознание целиком захватила другая мысль: «О, черт, черт, черт, черт, черт, черт… ну почему я?»

Пострадавший лежал на спине, немного наклонясь вправо, голова его была повернута к скалистой стене. Я посветил на него фонариком и понял, что его маска была наполовину заполнена кровью, руки расставлены в сторону, растягивая его гидрокостюм. В его рту не было загубника и его лицо было очень бледным, сливаясь с зеленоватым цветом воды. Я подплыл близко к нему. Его губы были закрыты и слабо сморщены. Я смотрел на него в ожидании того, что он сделает выдох, но заметил, как он выпустил только три тоненьких бульбочки диаметром миллиметра по два. У меня было смутное чувство отвращения в перемежку с огорчением и ощущением экстренной ситуации. Я сказал себе: «Мы обязаны поднять этого парня на поверхность, и чем быстрее, тем лучше. Но я должен признать, что в тот момент я был почти уверен, что мы опоздали. Это бледное тело было мало похоже на человеческое существо, потому несчастный не выпускал пузырей и был не в сознании. Случилось что-то очень, очень плохое.

Дэйв завис над пострадавшим, освещая его, так что я смог воспользоваться обеими руками. Николас и я легли на дно рядом с телом с правой стороны от него. Глубина была 118 футов. Я слабо подвинул руку несчастного, чтобы добраться до его насоса компенсатора плавучести. Была надежда заполнить его компенсатор воздухом и отправить безжизненное тело на поверхность, а затем следовать за ним с безопасной для нас скоростью. Если члены нашей команды его увидели бы его на поверхности, они смогли бы его вытащить на берег. Либо мы могли бы всплыть вслед за ним и уже самостоятельно отбуксировать его к берегу. Вот какой был у меня план, когда я пытался включить питание его насоса, но план оказался бесполезным, так как питание я вклоючить не смог. Я начал осматривать его тело дальше и увидел, что манометры показывали полное отсутствие давления воздуха в баллоне. Мой компенсатор плавучести имел запас подъемной силы 85 фунтов, и я стал предпринимать попытки поднять несчастного, схватив его за правую руку. Затем я развернул его, разместил его баллон между своими коленями и начал всплывать в сопровождении Николаса, который был чуть ниже меня. Мы следили за скоростью подъема, однако она превышала значения, рекомендуемые моим компьютером.

Когда мы оказались на поверхности, вокруг нас были еще четверо дайверов. Они предложили нам свою помощь, чтобы отбуксировать пострадавшего на берег. Скорее всего, один из этих дайверов был женского пола. Эта девушка, видимо, и звала на помощь, когда мы только приехали сюда. Я повернул тело к ним и она попросила, чтобы кто-нибудь снял с аквалангиста грузовой пояс. Я подплыл с нужной стороны, снял пояс и они начали буксировать пострадавшего к берегу. В процессе буксировки я обратил внимание на пузырьки пены, выходящие изо рта несчастного. Я вспомнил, что нам рассказывал про эти пузырьки дайвер из команды канадской полиции, который специально приезжал к нам в клуб для того, чтобы рассказать об аналогичном происшествии в их клубе. Он говорил, что общее время доставки пострадавшего на поверхность не может быть больше двух минут.

Я стал ругать себя, почему же я не догадался сразу снять с пострадавшего дайвера грузовой пояс? Следующая моя мысль была еще более ошеломляющей – а не ударил ли этот пояс кого-нибудь внизу, когда мы его сняли и отпустили на поверхности? Ну и денек сегодня, когда же он кончится? Я посмотрел на мой дайв-компьютер и увидел, что время нашего заплыва не превышает еще даже 15 минут.

Один из тех, кто помогал буксировать пострадавшего, спросил меня и Николаса, не могли бы мы доставит на берег баллон и компенсатор плавучести. Мы конечно согласились и взяли на себя доставку этого снаряжения. Наконец-то мы добрались до берега, где нас уже ждала бригада скорой помощи. Они сняли с пострадавшего гидрокостюм и приступили к реанимации. Другой пострадавший уже был здесь и лежал с кислородным аппаратом искусственного дыхания. Я отметил, что дайвер, которого мы вытащили из воды, был весьма молод. Прибывший пожарный расчет ограничил область инцидента желтыми лентами. Из их портативных радиостанций доносились обрывки преговоров, из которых я узнал, что в нашу сторону вылетел спасательный вертолет. Я заговорил с одним из пожарных и сообщил ему, что пострадавшего нашел Дейв, и что на поверхность его доставила также наша команда. Он хотел записать мои данные, но я сказал ему, что мне нужно побыстрее переодеться, потому что, находясь на берегу в гидрокостюме, уже существенно перегрелся. Но я пообещал сразу же вернутья и дать ему необходимую информацию.

Я пошел в сторону парковки вместе с Николасом. Там уже было четыре кареты скорой помощи, одна большая пожарная машина и три передвижные телестудии. Мы сложили наше снаряжение в автомобили и немного поговорили с телевизионщиками. Пока мы это делали, появился вертолет и взял на борт пострадавшего, после чего немедленно взлетел. Мы поговорили между собой о том, что, даже если не удастся вернуть пострадавшего к жизни, то его семья хотя бы получит его тело. Я вернулся на берег и продиктовал пожарному мои данные и данные Дейва. Было легко заметить, что вертолет забрал только одного человека. Тело другого было накрыто простыней и никто не проводил никаких действий по реанимации. Хотя мне и было понятно, что ныряльщик, которого мы вытащили, погиб, но вид простыни был очень некомфортным и тревожным для меня. У меня была единственная мысль тогда: «Хвала Господу, что так вот не пострадал один из нас! Как можно объяснить произошедшее семье погибшего? Что должен чувствовать его инструктор? Как он сможет оправдаться?»

Через два дня, когда я и Норрис зашли в наш местный магазин для дайверов, нам сказали, что полиция хочет поговорить с теми, кто нашел тело погибшего, потому что у них есть к нам несколько вопросов. Я позвонил в полицию и они пригласили меня к себе, чтобы я дал им соответствующие пояснения. Я сказал, что оставлял свое имя и номер телефона пожарному, но, как выяснилось, информация до полиции не дошла.

Я посетил полицейский участок недалеко от того места, где произошла трагедия. Первый вопрос, который мне задал инспектор, был «Что Вы чувствуете после произошедшего, как это повлияло на Ваше душевное равновесие? Вы нормально спите? Если нет, мы можем предложить помощь психолога.» Я сказал инспектору, что чувствую себя нормально, потому что, по крайней мере, семья теперь сможет его похоронить погибшего? После того как мы его достали с глубины. Когда был предыдущий случай гибели дайверов в Уайтклиффе, то тело не было найдено и дайвер был объявлен пропавшим без вести. Кроме того, тело несчастного было доставлено сразу после его гибели, не через месяц и не через год. Тело не пострадало от морских животных, не распухло и не сгнило. Конечно же, лучше бы мы его нашли раньше, пока он был живой, но нам, увы, не повезло.

Однако, я не знаю, что думал Николас по поводу всего этого. Он выглядел вполне уравновешенным, спокойным и собранным в ходе всего инцидента. Я сказал полицейскому, что у меня нет номера телефона Николаса и я не знаю его фамилии. Собеседование продолжалось до тех пор, пока я не вспомнил все детали и подробности произошедшего.

Я вышел из полицейского участка, окинул взглядом поверхность воды. Это был другой, такой же светлый, погожий, теплый день. И я очень надеюсь, что весь тот ужас никогда больше не повторится.


____________________________________
Перевод с английского      А.Рудаков

© Копировать материалы с сайта строго ЗАПРЕЩЕНО!





Ключевые теги:

природа, отдых, спорт


Похожие материалы:

  • Слабо взглянуть в глаза морскому дьяволу? Часть 1.
  • Как подружиться с таджикскими пограничниками – часть 2
  • Пеший поход по афганскому Памиру – часть 2


  • Комментарий #1

    25 мая 2010 17:42 | ICQ: -- | | написал: Greenforest | (25 мая 2010 17:42)

    Случаются в жизни неприятности, никто не застрахован от этого. Я не знаю как для дайвинга,но воскресение отлично подходит для отдыха


         


    Комментарий #2

    13 июля 2011 18:14 | ICQ: -- | | написал: Grandheart | (13 июля 2011 18:14)

    Это захватывающий вид отдыха, но в то же время и опасный! в воде много чего может случиться не приятного.


         


    Комментарий #3

    19 июля 2011 13:39 | ICQ: -- | | написал: opanenko | (19 июля 2011 13:39)

    Глубина одновременно пугает и притягивает. И даже такие трагические случаи не отобьют охоту у настоящих любителей дайвинга, погружаться вновь и вновь. Страх отступает перед открывающейся красотой подводного мира.


         


    Комментарий #4

    29 июля 2011 14:34 | ICQ: -- | | написал: toront | (29 июля 2011 14:34)

    Подводный мир завораживает,притягивает,великолепие под водой останавливает время чтобы полюбоваться загадочными красотами непокоренных глубин.Незабываемые впечатления обеспечены.


         


    Комментарий #5

    19 августа 2011 23:16 | ICQ: -- | | написал: hatidge | (19 августа 2011 23:16)

    Да, экстрим есть экстрим, даже если такой изумительно красивый. К сожалению, не всегда погружения проходят гладко, как ни готовься. А насчет красоты - в Крыму, на Тарханкуте гораздо живописней.


         


    Комментарий #6

    13 ноября 2011 16:14 | ICQ: -- | | написал: Vladimir123 | (13 ноября 2011 16:14)

    Дайвинг всегда был не самым безопасным видом спорта, но за то один из самых захватывающих и интересных, неудача может произойти когда угодно, поэтому, день недели в ряд ли тут имеет значение.


         


    Комментарий #7

    14 ноября 2011 13:44 | ICQ: -- | | написал: Tanusha111 | (14 ноября 2011 13:44)

    Да уж, я всегда знала, что дайвинг не безопасен, но после этой истории до сих пор мурашки по коже, этим видом спорта нельзя заниматься одному, вот почему это командный вид спорта.


         


    Комментарий #8

    15 ноября 2011 21:20 | ICQ: -- | | написал: Valler | (15 ноября 2011 21:20)

    Дайвинг это очень замечательный вид спорта. Сейчас опасность таится везде. Одиночный дайвинг это риск. Члены команды всегда окажут помощь, ведь бывает так что ты и не знаешь о том что помощь тебе необходима.Не выполнение правил подвергает опасности не только тебя, в этом есть опасность и для твоей команды. А сколько было случаев что гибли спасатели, а не те кого спасали. А может стоит выполнять писанные и не писанные правила?


         


    Комментарий #9

    21 декабря 2011 16:35 | ICQ: -- | | написал: Aleksandr-1 | (21 декабря 2011 16:35)

    Для меня дайвинг - это самый лучший вид отдыха, я все время мечтаю о поездке в Австралию, очень хочется понырять на коралловых рифах. Но наверное это недостижимая мечта, слишком уж далеко и дорого. А в этом материале я больше смотрел фотографии, чем читал текст. Очень здорово!



         


    Информация

    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.




    Веб-студия «РА-СОЛО»: разработка сайтов любой сложности
    Пляжи Морские путешествия Древности и экзотика Дайвинг Перелеты Водные аттракционы Походы Экстремальные развлечения И многое другое...